Артем Синев, старший консультант M&A и корпоративной практики, и Иван Снегирев, старший консультант налоговой практики O2-STREAM, разобрали новые сигналы ФНС в отношении использования закрытых паевых инвестиционных фондов и возможные последствия для бизнеса.

На Экспертном совете при ФНС обсудили практику использования паевых инвестиционных фондов (ПИФ). Замруководителя ведомства Тимур Шиналиев привёл цифры: за 3 года число ПИФ выросло на ~70%, закрытых ПИФ (ЗПИФ) — почти на 90%. По данным РБК, за последние 12 месяцев инвесторы вложили в фонды недвижимости 212 млрд руб., а совокупная стоимость чистых активов (СЧА) ЗПИФ достигла 1 трлн руб.

Претензия ФНС: бизнес использует ЗПИФ не как инструмент коллективных инвестиций, а как способ отложить налогообложение прибыли. По мнению фискальных органов, основная цель предоставления налоговой льготы для ПИФ — создание условий для формирования «длинных денег», когда прибыль от деятельности ПИФ регулярно реинвестируется. Но вместо этого инструмент превращается в схему уклонения от налога на личные доходы состоятельных лиц.

Тема не нова — она тянется с осени 2024 года. Зампред ЦБ Филипп Габуния тогда предупреждал: регулятор «категорически не поддерживает» использование ЗПИФ для оптимизации там, где налог должен быть уплачен по духу НК. Директор департамента ЦБ Ольга Шишлянникова говорила о точечном пересмотре — розничные фонды не тронут, а вот «упаковку активов» на 1–2 пайщиков могут вывести в отдельный режим. Минфин занимал выжидательную позицию: изменений «на данный момент не проводится», но не исключены при выявлении злоупотреблений. По данным ЦБ, на фонды с 1–2 пайщиками приходится порядка 40% СЧА ЗПИФ — сегмент значимый, не единичные случаи.

Важно, что ФНС говорит не о запрете ЗПИФ, а о поиске границы между легитимным структурированием и неправомерным применением формы.

Мы видим следующие возможные сценарии:

отдельный налоговый режим для «частных» ЗПИФ с 1–2 пайщиками с обязанностью платить налог с части прибыли;
закрепление в НК критериев для льготного режима, при несоответствии — налог с прибыли перекладывается на пайщиков;
признаки необоснованной налоговой выгоды закрепляются только на уровне писем ФНС/Минфина и судебной практики без изменения НК (по аналогии с «дроблением бизнеса» до введения отдельного федерального закона).

О чём подумать бизнесу сейчас. Пока критерии не закреплены, стоит проверить:

ведёт ли фонд реальную инвестиционную деятельность, а не просто «упаковывает» актив бывшего собственника;
выполняет ли УК реальные функции или технически оформляет операции пайщика;
выдержит ли деловая цель создания ЗПИФ проверку.

При этом судебная практика уже сформировала ряд признаков, по которым налоговые органы вменяют искусственность конструкции с использованием ЗПИФ:

фонд создан не для коллективных инвестиций, а «под сделку» с единственным пайщиком, совпадающим с прежним бенефициаром актива;
отсутствует реальная инвестиционная деятельность управляющей компании (например, застройщик сам ищет покупателей квартир, а не УК фонда);
сделки совершаются между взаимозависимыми лицами не по рыночным ценам либо в нетипично сжатые сроки;
паи погашаются сразу после получения дохода фондом.

Среди показательных дел — кейс УК «Джи Пи Ай» (переквалификация выплат на Кипр из процентного дохода в доход от недвижимости), дело застройщика «Голос.Девелопмент» (доначисление налога на прибыль при продаже квартир через ПИФ с единственным пайщиком) и более раннее дело Национального резервного банка.

Если интересно, мы сделаем подробный разбор всех трех судебных дел — поделитесь своим мнением в опросе.

Подробнее о заседании Экспертного совета — в материале ФНС России.

Подписывайтесь на Telegram-канал O2 Consulting.